Фил Хансен: Смирись с дрожью

Даже не знаю, как прокомментировать. Это нужно смотреть! (Ниже приведен весь текст на русском)

Когда Фил Хансен учился в школе искусств, у него развилась неконтролируемая дрожь руки, что заставило его отказаться от создания картин в его любимом стиле живописи — пуантилизме. Хансен был буквально раздавлен, он жил, не видя перед собой цели. И так продолжалось до тех пор, пока невропатолог не дал ему простой совет: «Смирись c этим ограничением и превзойди его».

Когда я учился в школе искусств, у меня развилась дрожь руки. Это самая прямая линия,какую я мог нарисовать. Это очень полезно для смешивания краски в банкеили проявки снимка Полароида, но тогда это был смертный приговор. Это означало конец моей мечте стать художником.

Дрожь появилась из-за моих упорных занятий пуантилизмом, когда я годами рисовал крошечные точки. В конце концов, из идеально округлых, точки стали похожина головастиков, из-за дрожи в руках. Я старался держать ручку крепче, но дрожь от этогостановилась только сильнее, а, в ответ, я сжималеё ещё сильнее. Это был заколдованный круг. В итоге, из-за боли и проблем c суставами, я вообще мог с трудомчто-нибудь держать. Всю жизнь, я хотелзаниматься искусством, но я ушёл из школы искусств,а потом вовсе перестал творить.

Через несколько лет, я понял,что не могу жить без искусства, и решил проконсультироватьсяу невропатолога на счёт тремора, его диагноз был —необратимое повреждение нерва. Он посмотрел на моюволнистую линию и сказал — «Смирись-ка и прими свою дрожь?».

Я так и сделал.Вернулся домой, взял карандаш и стал рисовать, позволяяруке дрожать сколько угодно. Я рисовалвсевозможные рисунки каракулями. Это было не то искусство,которым я страстно увлекался, но я чувствовал себя великолепно. Как только я смирился с дрожью, я осознал, что всё ещё могу творить. Я просто должен найти иной способ, чтобы создаватьто искусство, которое я хотел.

Мне по-прежнему нравиласьфрагментация пуантилизма, нравилось видеть эти крошечные точки, которые вместе создают единое целое. Я экспериментировал с разнымиспособами фрагментирования изображения, где дрожь не могла повлиятьна конечный результат, например, я окунал ногив краску и ходил по холсту, или на трёхмерной фактуре,состоящей из досок, создавал двухмерные рисунки,прожигая их паяльной лампой. Я понял? что если работатьс крупными масштабами и материалами, то мои руки не будут болеть, и, таким образом,от единой техники творения, я перешёл к целостномуподходу к процессу творчества, который полностью изменилмои возможности как художника. Я впервые столкнулся с идеей,что принимая ограничения можно вдохновить творческое развитие.

Моё обучение в школе подходило к концу,я был рад пойти работать и наконец позволить себеновые художественные принадлежности. У меня тогда был ужасный,маленький набор инструментов, и я думал, что смогу сделатьнамного больше с инструментами которые должны бытьу настоящего художника. У меня тогда даже ножницприличных не было. Я использовал листовые ножницы,пока не украл обычные из офиса, в котором работал.

Я закончил школу, начал работатьи получил зарплату. Я пошёл в магазинхудожественного инвентаря и скупил материалы словно сумасшедший. Вернувшись домой, я сел и поставил перед собой задачу создать совершенно нестандартное, неординарное. Я сидел часами, и ничегоне приходило в голову. И так день за днём, день за днём — у меня очень быстронаступил творческий кризис. Он продолжался очень долго,я не мог творить. Это было нелепо,ведь у меня наконец была возможность финансировать моё творчество,но я был творчески пуст.

Пытаясь нащупать выход в этом тупике, я осознал, что меня парализуетмножество выбора которого я не имел прежде. И тогда, я снова вспомнил совет врача. «Смирись с тем, что твои руки дрожат». Я понял, что если я хочувернуть себе способность творить, я должен перестать так упорнопытаться создать что-то нестандартное, а просто снова начать творить.

Я подумал, можно листать более креативным выискивая ограничения? Могу ли я создать что-то,из материалов стоимостью один доллар? Я часто проводил вечера — я и сейчас их часто провожу — в Старбаксе, там можно попроситьдополнительный стаканчик, я попросил 50. К моему удивлению,мне их сразу выдали. Используя карандаши,которые у меня уже были, я создал этот проект за 80 центов. Это был момент истины и ясности. Мы должны быть изначально ограничены, чтобы творить без ограничений.

 

Я применил этот, теперьуже ординарный, подход, изображениям на холсте.Я решил, а что если вместо холста, я могу лишьрисовать на своей груди? Я нарисовал 30 рисунков,один за другим, один поверх другого, с изображением того,что повлияло на мою жизнь. Или вместо кисти,я мог рисовать только рубящими ударамиладонью как в карате? (Смех) Я так и сделал,я окунал руки в краску и буквально нападал на холст,я бил так сильно, что набил синякина костяшках мизинца, и они не сгибались несколько недель.

 

(Смех) (Аплодисменты)

 

Или вместо того,чтобы полагаться на самого себя, я положусь на других людей, чтобы создать тему для моего творчества? В течение шести дней,я жил перед веб-камерой. Спал на полу, а еду заказывал домой. Я попросил звонить мнеи делиться своими историями о моментах, которые изменили их жизнь. Их истории стали картиной, когда я написал ихна вращающемся холсте.

 

(Аплодисменты) Или вместо созданияпроизведения искусства напоказ, я должен был его уничтожить? Это казалось предельным ограничением, быть художником, но не иметь работ. Идея разрушениявылилась в годовой проект, называющийся — «Прощай, искусство», где каждое произведение должнобыть уничтожено после создания. В начале проекта «Прощай, искусство»,я концентрировался на принудительном уничтожении,как с этим изображением Джимми Хендрикса — оно сделано из более чем 7 000 спичек. (Смех) Но, потом я начал создаватьсамоуничтожающиеся объекты. Я искал недолговечные материалы, такие как выплюнутая еда — (Смех) — тротуарный мел или даже замороженное вино.

 

Последнее воплощение идеи уничтожения было создание того, чтоникогда по сути не существовало. Я расставил свечи на столе,зажёг их, а затем задул, потом повторил это много разс тем же набором свечей, а затем собрал видеоклипы,в одно большое изображение. Следовательно, конечное изображениеникогда физически не существовало. Оно было уничтожено прежде,чем было реально создано.

 

В рамках проекта«Прощай, искусство», я создал 23 работы, но у меня не осталось ничего, что можнобыло бы выставить на показ. То, что я считалневероятным ограничением, обернулось высшей степенью свободы, каждый раз, когда я что-то создавал, разрушение возвращаломеня к нейтральной позиции, где я чувствовал себя освежёнными готовым начать новый проект. Все это не произошло в одночасье. Иногда, мне не удавалосьзапустить свои проекты, или, хуже того, я тратил на нихогромное количество времени, а в итоге мне было стыдно за результат. Посвятив себя этому процессу,я не останавливался,

 

и пришёл к весьма любопытному итогу. Когда я уничтожал свои работы, я учился освобождаться, не зацикливаться на результатах,не думать о просчётах и не думать о несовершенстве. Я обрёл непрерывныйпроцесс создания искусства, не обременённый конечным результатом. Я стал жить, постоянно созидая, думая только о том, чем я займусь дальше, придумывая больше, чем когда-либо ещё.

 

Когда я провёл три года без искусства, отказавшись от своей мечты,двигаясь на автопилоте, вместо того, чтобы искать новые путии продолжать следовать за мечтой, я всё бросил, я сдался. А если бы я не смирился с дрожью? Смириться и принять дрожь,оказалось для меня не только об искусстве и наличииэтих творческих навыков, а так же для жизни,как жизненно важные умения. Ведь большая часть того,что мы делаем, мы делаем здесь, в ординарном мире,используя ограниченные ресурсы. Учиться созидать в рамкахнаших ограниченных возможностей, это лучшее, что мы можем сделать,чтобы изменить себя, а затем, всем вместе,изменить и наш мир.

 

Находить вдохновение в ограничениях, изменило ход моей жизни. Сталкиваясь с препятствием, или переживая творческий спад, я всё же иногда буду мучиться, но я продолжу этот творческий процесс, напоминаю себе о всех возможностях, например, чтобы создать изображениеиз сотен настоящих живых червей, или при помощи канцелярской кнопкинанести татуировку на банан, или нарисовать картинужиром от гамбургеров.

 

(Смех)

 

Одна из моих недавних затейзаключается в попытке перевести мои творческие привычки,которые я открыл для себя, в нечто такое,что другие могли бы повторить.

 

Мы едва ли рассматриваемограничения как источник творчества но быть может это лучший способ вытащить себяиз застоя и переосмыслить категории, а так же броситьвызов общепринятым нормам. И вместо того чтобы говоритьдруг другу — «Лови момент!», нужно каждый день самим себе напоминать, что нужно «ловить ограничения».

 

Спасибо!

Ссылка на первоисточник: http://www.ted.com/talks/lang/ru/phil_hansen_embrace_the_shake.html


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *